 |
|
|
|
Вспоминаю январь 1987 года. В то время я был начальником тактического цикла военной кафедры Днепропетровского металлургического института. 25 января 1987 года на кафедру приходит телеграмма из штаба Киевского краснознаменного военного округа об откомандировании полковника Кищенко В. А. в распоряжение командующего ККВО. Согласно телеграмме, мне надлежало прибыть к 9-00 27.01.87 г. в отдел кадров штаба округа. Прибыл вовремя и был представлен генералу - начальнику отдела кадров. Он сообщил, что меня назначают на должность начальника штаба 25-й бригады химической защиты. В "беседе за чаем" я был строго предупрежден, что в случае моего отказа от командировки на ЧАЭС, я лишусь партбилета со всеми вытекающими отсюда последствиями, вплоть до увольнения из вооруженных сил. Это меня неприятно задело, и я ответил: "Я свой долг выполняю согласно присяге и уставов, от службы не бегаю. Отец мой Родину защищал на полях сражений в Великой Отечественной войны и в борьбе с бандформированиями в Западной Украине. Изменить своему отцу, присяге и Отчизне не могу".
Тогда он сказал: "Не
сердись, полковник, поезжай на ЧАЭС, принимай должность и сделай всё
возможное и невозможное. Бригада работает непосредственно на ЧАЭС в Особой
зоне и подчинена оперативной группе Особой зоны. Работы будет выше крыши".
В этом генерал не ошибся. После обеда меня и ещё 12 человек на автобусе отвезли в аэропорт Жуляны, где нас ожидал вертолёт Ми-8 Т. К 17 часам мы прибыли в штаб оперативной группы ККВО в село Терехов, а в 19-00 я уже представился командиру 25-й бригады полковнику Ядрышникову М. П. как новый начальник штаба. На следующий день я ознакомился с расположением бригады, с задачами, стоящими перед ней, с офицерами штаба и уже в 18-00 на совещании делал доклад командиру бригады, ставил задачи штабу и командирам батальонов. Для меня начались дни борьбы за ликвидацию последствий аварии. 25-я бригада химической защиты ККВО дислоцировалась севернее села Оранное и выполняла работы по дезактивации территории и объектов: - Третьего энергоблока ЧАЭС. - Рыжего леса (под действием радиации хвоя на соснах порыжела, но деревья ещё стояли). - Железнодорожной станции Янов. - Города Припять (отдельных участков). - АБК - 2 (администативно-бытового комплекса 2-го энергоблока ЧАЭС). - Железно-дорожной ветки в сторону будущего города Славутич. Эту работу выполнял железно-дорожный батальон, входивший в состав бригады.
- Дезактивация машин на ПУСО "Лелев" (на фото внизу) - С наступлением тепла постоянная поливка дорог и улиц водой, чтобы предотвратить распространение радиоактивной пыли. Что такое дезактивация, можно объяснить на примере дезактивации железнодорожной ветки: это удаление рельсов и шпал, слоя грунта толщиной 50 см, насыпка нового грунта, укладка железно-дорожного полотна. Зараженный грунт и шпалы свозился на "могильники". На бригаду также была возложена радиационная разведка местности в пределах зоны заражения. В мои обязанности входил ежедневный, с 12-00 до 16-00 контроль работ, проводимых на объектах. В 16-00 на совещаниях в группе Особой зоны я получал задания на следующий день, "дома" планировал предстоящие работы и ставил задачи подчиненным. Никогда не забуду начальника радиационной и химической разведки старшего лейтенанта Поддубного Владимира Леонидовича, призванного из запаса и проживающего в г. Днепродзержинске. Был случай, когда Володя обнаружил на ПУСО (пункте специальной обработки) "ЛЕЛЕВ" автомашину с уровнем радиации 75 рн/час. Он доложил мне, я по команде командиру бригады и начальнику штаба группы Особой зоны. И началось… Меня обвинили в паникёрстве, некомпетентности и преувеличении уровня зараженности объекта. Только на третьи сутки на ПУСО прибыли офицеры из ОГОЗ (оперативная группа особой зоны) во главе с начальником разведки группы. Померили, удивились и поспешно удалились. А наш Владимир Леонидович остался до моей команды.
На следующий день все
автомобили были удалены на могильник и люди на ПУСО вздохнули свободно.
Даже "лепестки" поснимали в нарушение всех инструкций и приказов. За что
были наказаны. Неоднократно я наказывал командиров за то, что подчиненные
не выполняют требований по защите своего здоровья. Кто меня помнит, это
подтвердит. На фото внизу Владимир Поддубный крайний слева. Зима 1986-87 годов выдалась очень снежная и суровая. Морозы доходили до 30º. Я преклоняюсь перед водителями, перевозившими людей на объекты. С трех часов ночи они уже начинали прогревать автомобили, чтобы в 5-00 начать движение в сторону станции и другим объектам. Это была первая смена, которая работала до 12-00. С первой сменой всегда выезжал комбриг Ядрышников М. П., а в последствии Кинделевич И. В. От бесперебойности работы автомобильной техники во многом зависело выполнение задач, возложенных на бригаду. Начальник автобронетанковой службы подполковник Мельниченко Николай Федорович на протяжении почти трех месяцев лично отправлял колонны на станцию, ежедневно контролировал состояние машин, работающих в рыжем лесу и на станции Янов. Как бы я его не оберегал, он твердил одно: "Я должен увидеть всё своими глазами и проверить своими руками". Поэтому, наверное, он сейчас инвалид второй группы.
Нельзя не вспомнить
командира батальона радиационной и химической разведки подполковника
Кабуша Василия Ильича. На снимке одна из машин батальона, БРДМ - 2 РХ.
Второй слева подполковник Шека В. А., прибывший в апреле мне на замену,
третий механик-водитель, четвертый командир взвода разведки (оба призваны
из запаса, фамилий, к сожалению, не помню). Благодаря умело организованной
Кабушем разведке и самоотверженной работе его подчинённых, у меня на столе всегда были самые свежие данные о
радиационной обстановке в нашем секторе ответственности.
Обеспечение бытовых условий и питания личного состава бригады лежало на плечах начальника тыла полковника Стребличенко Юрия Михайловича (ныне покойного). Под его руководством была построена баня, солдатская чайная, магазин, комната посетителей на контрольно-пропускном пункте. За организацию контрольно-пропускного режима начальник штаба Киевского военного округа объявил благодарность командиру бригады Кинделевичу И. В. За заслуги в выполнении задач по ликвидации последствий аварии на ЧАЭС в 1986 году 25-я бригада награждена вымпелом Министра обороны СССР, а в 1987 году (уже при мне) переходящим Красным знаменем Краснознаменного Киевского военного округа. Замена мне наступила 18 апреля. На мое место приехал подполковник Шека Виктор Александрович, профессионал с большой буквы. Сдав должность, 20 апреля я покинул расположение бригады, и убыл к месту постоянной службы.
|
.
